Главная страница раздела
путеводитель on-line


Сувениры и ART-жизнь
Полезные советы
Обратная связь

Природа Феодосийского региона - Бухты и заливы

Коктебельский залив


Тюльпаны Шренка Коктебельский залив относительно глубоко вдается в сушу и ограничивается с запада причудливыми пиками Карадага, с востока – узким гребнем мыса Хамелеон. Окружают залив мягкие очертания пустынных холмов, с востока оформившихся в две параллельные гряды – Биюк-Енышар и Кучук-Енышар. Местность не слишком богата водой и растительностью. Из деревьев преобладают засухоустойчивые тамариск, акация и серебристый лох, по ложбинкам много шиповника, из трав наиболее выделяются полынь и длинные зеленые плети каперсов. Весной коктебельские холмы покрываются цветами, и кое-где даже можно еще встретить занесенный в Красную книгу тюльпан Шренка. Считается, что именно окрестности Коктебеля являются родиной всем известного теперь садового тюльпана. Одна из вершин так и называется: «Ляля-тепе» - «Вершина тюльпанов». К сожалению, тюльпанов становится все меньше…

С запада Коктебельский залив замыкает далеко выдающийся в море мыс Мальчин («Пастуший»), произносится с ударением на «и». На некоторых картах Крыма мыс обозначен как «Мальчик». Это опечатка.

На мысе Мальчин повсюду заметны следы людского обитания: одичалые фруктовые деревья, фисташки, брошенный колодец горьковатой, но все же пригодной для питья воды. Археологические разведки XX в. выявили на этом мысу раннесредневековое (VIII-IX вв.) поселение. При обследовании подводными археологами в море у мыса Мальчин на дне обнаружены якоря и многочисленные фрагменты амфор. Они датируются IX в. С вершины хребта Кок-Кая в тихую погоду на море просматривается древний мол в виде подводной гряды. Предполагают, что на мысе Мальчин был поселок, снабжавший рыбой крупное поселение на расположенном чуть дальше от берега холме Тепсень. Морской прибой в течение столетий размывал побережье, среди пластов которого находился средневековый культурный слой, волна уносила и разбрасывала по дну залива нынешние находки археологов. И сегодня этот процесс упорно продолжается. После шторма на пляже нередко можно обнаружить черепки древних амфор.

Скала Кок-кая над мысом Мальчин знаменита своими очертаниями, в точности копирующими профиль Максимилиана Волошина - поэта, художника, искусствоведа. Волошин прожил в Коктебеле шестнадцать лет и именно благодаря ему Коктебель прославился далеко за пределами Крыма. С лёгкой руки Волошина коктебельские окрестности, а позже и весь Юго-Восточный Крым стали называть Киммерией. Киммерийцы – загадочный древний народ, живший в этих местах в I тысячелетии до нашей эры. Дом Максимилиана Волошина и при жизни поэта, и сейчас является центром притяжения поэтов, художников, писателей и вообще всех, кто связан с искусством и литературой.

И.К. Айвазовский «Коктебель» Ещё полтора столетия назад человеческого профиля на скале не было. Как выглядел Коктебельский залив, можно увидеть на картине И.К.Айвазовского «Коктебель» (подлинник экспонируется в Картинной галерее в Феодосии). Лишь в конце 1911 года во время гигантского оползня часть обрыва сползла в море, явив миру профиль человека. Землетрясение 1927 года слегка подправило профиль в сторону ещё большего сходства. Сам Волошин любил шутить на эту тему, а потрясающее сходство очертаний скалы и профиля поэта признавалось и признается всеми. Наука обходит этот удивительный факт глубоким молчанием.

Максимилиан Волошин В Коктебеле свой, особый и неповторимый микроклимат. Его создает уникальное сочетание близлежащей степи, моря и близко расположенных гор. Выжженные солнцем рыжеватые Енышарские холмы скрывают от ветра много защищенных от ветра углублений, в которых можно загорать до глубокой осени. В народе их называют «сковородками». Вода в начале лета прогревается несколько раньше, чем в Феодосии, а осенью дольше сохраняет тепло.

Коктебельский залив широко известен своим галечным пляжем – издавна он славился окатанными морем гальками различных вулканических пород, принесенных морем с Карадага. Среди них встречались настоящие россыпи полудрагоценных камней: яшмы, агатов, опалов, халцедонов… В начале ХХ века писатель С.Я.Елпатьевский так говорил о коктебельских камнях в своей книге "Крымские очерки": «Есть знаменитые коктебельские камешки, каких больше нет нигде. Должно быть, они впитали в себя все цвета, все краски карадагских горных пород, краски солнца и месяца, краски неба и моря, все переливы коктебельских красок. Они белы, как снег, и черны, как ночь, голубые, зеленые, синие и красные, как Карадаг в заходе солнца, и ярко-золотые, как палючее коктебельское солнце…»

Елпатьевский еще застал коктебельский пляж в его первозданном виде. Увы! Дальнейшая судьба знаменитого пляжа сложилась поистине трагично. Печальная история коктебельского пляжа – пример того, к чему приводит неразумное отношение человека к природе. В 50-60-е годы ХХ века с восточной части коктебельского залива для строительных работ было вывезено свыше полутора миллиона тонн песка, чем был подорван естественный природный баланс между морем и сушей. В свою очередь с 1967 года пляж стало катастрофически размывать. Окончательно был уничтожен коктебельский пляж в 80-е годы, когда в целях укрепления береговой линии от разрушения берег был засыпан тоннами завезенного щебня.

Коктебельские камешки Итог – знаменитый коктебельский пляж уже не существует. Правда, природа и сейчас пытается восстановить нарушенную гармонию, то и дело на береговой линии проглядывают фрагменты былого пляжа. И сегодня здесь можно найти халцедон или сердолик. Но теперь эти находки носят случайный и единичный характер. Однако, может, именно Вам и повезет, и удастся найти на коктебельском берегу остатки его былых минералогических сокровищ…

Еще 10 лет назад тысячи курортников стремились попасть в Коктебель, наслушавшись рассказов о том, что в коктебельском заливе самая чистая вода на всем крымском побережье. Может ли похвастаться Коктебель этим сейчас? Вряд ли… Ученые, занимающиеся экологией Черного моря, считают, что его губит неразумная человеческая деятельность. Слив сточных и канализационных вод, массовое донное траление, уничтожение в немыслимых масштабах санитаров моря — двустворчатых моллюсков, в первую очередь мидий... В результате море потеряло природный фильтрующий пояс — живое дно, населенное естественными морскими организмами, и попросту не успевает очищаться. Гостиничные комплексы в Коктебеле растут не по дням, а по часам. Все они декларируют себя как объекты с так называемым «замкнутым циклом». Но при этом дорогостоящее оборудование зачастую дублирует отведенная в сторону труба, по которой отработанная вода стекает в ближайшую канаву, а затем в море. В этих трубах, как правило, отсутствуют даже элементарные фильтры. Морская вода перенасыщена биоорганикой и нуждается в природных санитарах.

Существуют проекты восстановления способности моря к самоочищению. Ключевой фигурой в этом процессе может стать двустворчатый моллюск мидия, имеющий прекрасные способности фильтровать воду. Одна мидия прогоняет через себя 20 литров воды в сутки, очищая ее от органики и бактерий на 90 процентов. Квадратный метр мидий — это тонны чистой воды. Уже давно ученые-биологи зафиксировали, что над полями мидий создаются слои воды повышенной прозрачности. Поэтому есть все основания считать, что многие беды Черного моря связаны с исчезновением мидий. Создать благоприятные условия для развития этого моллюска можно с помощью искусственных рифов, размещенных у берегов Коктебеля и рядом с Карадагом.

В мире искусственные рифы для экологических целей используются давно. В настоящее время многие страны имеют десятки государственных программ, согласно которым финансируются, строятся и устанавливаются искусственные рифы.

В течение трех лет по инициативе Карадагского природного заповедника в Министерство экологии Украины подавался проект создания десяти рифов (это примерно 100 модулей), чтобы отработать методы восстановления мидии и сопутствующих биоценозов в Черном море. Один риф оживляет пространство в радиусе 8-10 метров. Промышленная стоимость одного простого риф-болла с установкой на дно невелика — 100-150 долларов.

Пока что искусственных рифов в Коктебельском заливе не более десяти – а должно быть около тысячи. По мнению сотрудников Карадагского природного заповедника, если бы мы сегодня начали спасать наше море, а не губить его, то уже за пять лет ситуация бы улучшилась. Хочется надеяться на лучшее…